Художник, который вернулся к цвету после 20 лет изгнания. История Порфирия Фальбова

Он стоял у истоков профессионального изобразительного искусства Таджикистана, пережил сталинские лагеря и потерял почти все свои ранние работы. Но даже после двадцатилетнего перерыва сумел вернуться к живописи и создать картины, которые сегодня хранят память о его необычной судьбе. В 2026 году исполнилось 120 лет со дня рождения Порфирия Фальбова — одного из основоположников таджикской школы живописи и первого ответственного секретаря Союза художников Таджикистана. Его жизнь разделилась на две части: до ареста в 1937 году и после возвращения в Таджикистан в 1956-м. Между ними были десять лет лагерей Колымы, вынужденное поселение вдали от дома и долгие годы без живописи. За это время Фальбов не написал ни одной картины. А когда вновь взял в руки кисть, ему пришлось практически заново учиться видеть и передавать цвет. От Вятки до Средней Азии Порфирий Фальбов родился 1 марта 1906 года на станции Зуевка Вятской губернии в семье железнодорожного машиниста. Его детство пришлось на тяжёлые годы гражданской войны, разрухи и голода. После ранней смерти отца мальчику приходилось браться за любую работу, чтобы помогать матери содержать большую семью. Несмотря на трудности, он с детства увлекался рисованием и мечтал стать художником. В 1923 году Фальбов поступил в Вятский художественно-промышленный техникум. После его окончания в 1926 году отправился в Ленинград, где успешно выдержал вступительные испытания в Высший художественно-технический институт. Спустя год он перевёлся в московский Высший художественно-технический институт и продолжил обучение в мастерской известного художника Роберта Фалька, одного из представителей русского авангарда. Именно здесь сформировался его интерес к смелым художественным экспериментам, необычным композициям и выразительным возможностям цвета. В 1930 году Фальбов окончил институт и как один из лучших выпускников получил направление в Среднюю Азию. Сначала он поселился в Самарканде, где преподавал в художественном техникуме, работал в мастерской и участвовал в выставках. Здесь молодой художник познакомился с творчеством Александра Волкова, Оганеса Татевосяна и Усто Мумина — ярких представителей среднеазиатского авангарда. Природа и свет Средней Азии произвели на него сильное впечатление. Выросшему на Вятке и учившемуся в пасмурном Ленинграде Фальбову пришлось привыкать к совершенно другим краскам: ослепительному солнцу, яркому небу и резким теням. Постепенно именно цвет стал главным средством выразительности в его живописи. Как Фальбов объединил художников Таджикистана В 1933 году Порфирий Фальбов переехал в Сталинабад. Столица молодой республики активно строилась. Появлялись новые улицы, возводились здания, прокладывались коммуникации, высаживались деревья. Город ещё только приобретал привычный нам облик. За невысокими постройками открывались виды на горы, а яркое солнце придавало окружающему пейзажу особую выразительность. Для Фальбова это место стало настоящим открытием. Позднее он назовёт Таджикистан своим «источником чистого цвета». П. Фальбов "У станка", 1931–1932 гг. Но профессиональная художественная жизнь в республике тогда только зарождалась. Выставки практически не проводились, а немногие художники порой даже не знали друг друга. Фальбов решил изменить ситуацию. Он собрал местных живописцев и предложил создать профессиональное объединение. В ноябре 1933 года был организован Союз художников Таджикистана, ответственным секретарём которого стал Фальбов. Вскоре в республике начали проходить первые художественные выставки. Они положили начало развитию профессиональной художественной среды. Однако организационная работа отнимала слишком много времени. Через некоторое время Фальбов оставил должность, чтобы полностью посвятить себя творчеству. Он писал пейзажи, портреты, натюрморты, экспериментировал с формой и цветом. Но почти все произведения того периода оказались утрачены… Арест, Колыма и десять лет лагерей В декабре 1937 года Порфирия Фальбова арестовали по сфабрикованному обвинению и приговорили к десяти годам заключения. Художника отправили на Колыму, в один из самых суровых районов советской лагерной системы ГУЛАГа. Вместо мастерской, холстов и красок его ждали тяжёлый физический труд, морозы и годы изоляции. Арест стал трагедией не только для самого Фальбова, но и для его творческого наследия. Все ранние работы художника, в том числе двенадцать полотен из фондов краеведческого музея, бесследно исчезли. До наших дней дошли лишь отдельные репродукции. Среди них — композиции «У станка» и «Изобретатель», созданные в начале 1930-х годов. По ним можно судить о ранних поисках художника, его интересе к индустриальной тематике и экспериментальной живописи. П. Фальбов "Изобретатель", 1931-1932 гг. В 1947 году десятилетний срок заключения закончился, однако вернуться к прежней жизни Фальбов не смог. Его перевели на поселение в колымский посёлок Ягодное. Там он устроился руководителем кружка рисования для местных детей. В 1951 году художнику разрешили покинуть Колыму, но жить в крупных городах он по-прежнему не мог. Фальбов вернулся в Вятку, в посёлок Просница, где начал работать модельщиком в промышленной артели «Новая игрушка». Он вручную вырезал из дерева образцы для производства детских игрушек. В свободное время занимался техническими изобретениями. В частности, собрал специальный станок для точного копирования скульптур и разработал схему перевода музыкальных инструментов на электроакустическую основу. Но к живописи так и не возвращался. За годы заключения и вынужденного изгнания Фальбов не создал ни одного этюда… Возвращение в Душанбе спустя двадцать лет В 1956 году Порфирия Фальбова полностью реабилитировали. С него сняли все обвинения, и он получил возможность свободно выбирать место жительства. Художник не стал долго раздумывать. Он решил вернуться в Сталинабад — город, где когда-то нашёл своё призвание. Спустя почти двадцать лет после ареста Фальбов вновь оказался в Таджикистане. Он приехал практически без средств и собственного жилья, но с надеждой снова начать писать картины. П. Фальбов "Весеннее утро", 1959 г. Картон, масло 34,5 х 49,5 см Первое время художник жил и работал прямо в залах краеведческого музея. Позднее ему помог близкий друг, художник Абдулло Ашуров. Он предоставил Фальбову небольшой дом с садом в пригородном кишлаке Ходжамбиё-поён, рядом с рекой Варзоб. Именно здесь началось его возвращение к живописи. Однако сделать это оказалось гораздо сложнее, чем он ожидал. После двадцатилетнего перерыва художник словно потерял прежнее чувство цвета. Первые работы казались ему тяжёлыми, мрачными и почти чёрными. Полтора года Фальбов упорно пытался преодолеть этот творческий кризис. Он снова и снова выходил на пленэр, наблюдал за природой, изучал свет и тени. В перерывах между работой художник любил сидеть под виноградником с пиалой чая и подолгу смотреть, как солнечные лучи проходят сквозь листву. Постепенно он пришёл к важному для себя открытию: в живописи необязательно строить изображение прежде всего на соотношении светлых и тёмных тонов. Главную роль может играть сам цвет. Позднее Фальбов сформулировал этот принцип в своём художественном манифесте «Диалектика цвета». В дневнике он записал: «Я ожил как художник! Работы с каждым днем становятся светлей и воздушней…» Почему его картины называли «забелёнными холстами» После возвращения к живописи в творчестве Фальбова начался период, который получил название «белого». Художник стал использовать большое количество белой краски, добавляя к ней совсем немного цветного пигмента. Так он добивался ощущения света, воздуха и мягкого свечения. П. Фальбов "На Комсомольском озере", 1959 г. Картон, масло 33 х 48 см На создание одного небольшого пейзажа Фальбов мог потратить десятки часов. Например, над картиной «На Комсомольском озере» он работал около сорока часов, тщательно подбирая оттенки и передавая атмосферу освещённого солнцем пространства. Одним из характерных произведений этого периода стало «Декабрьское утро» (1959). П. Фальбов "Декабрьское утро", 1959 г. Холст, масло 74 х 111 см На картине изображена душанбинская чайхана «Рохат». Знакомое городское здание словно растворяется в мягком утреннем свете, а окружающее пространство наполнено спокойствием. Но далеко не все коллеги понимали художественные поиски Фальбова. Некоторые воспринимали его необычную палитру с недоумением и даже насмешкой. За спиной художника называли дальтоником, а его картины — «забелёнными холстами». Несмотря на критику, Фальбов продолжал экспериментировать. Со временем его живопись становилась более декоративной, а цвет — всё более самостоятельным и выразительным. П. Фальбов "Вечерний пейзаж", 1965 г. Картон, масло 34,5 х 49,5 см В картине «Вечерний пейзаж» (1965) внимание привлекает яркая розовая полоса между тёмными кронами деревьев и горным массивом. А в работе «Дорога в Варзоб» (1965) художник использует мягкие переходы оттенков, передавая прозрачность горного воздуха и спокойствие природы. П. Фальбов "Дорога в Варзоб", 1965 г. Картон, масло 40 х 61 см Фальбов всё дальше уходил от точного воспроизведения увиденного. Его интересовало не столько внешнее сходство, сколько впечатление, которое рождают свет и цвет. Любовь, семья и новая жизнь Возвращение в Таджикистан принесло Фальбову не только творческое возрождение, здесь он встретил Лутфию Айни — женщину, которая стала его супругой, близким человеком и главной опорой. Лутфия была младшей дочерью известного таджикского писателя Садриддина Айни. Впоследствии она стала известным искусствоведом, ученым и заслуженным деятелем искусств Таджикистана. Семейная чета П. Фальбов и Л. Айни, начало 1960-х. Фото из архива семьи П. Фальбова В семье воспитывались две дочери. Старшую, Нигор, дочь Лутфии от предыдущего брака, Фальбов принял как родную. Позднее у супругов родилась общая дочь Рахшон. После многих лет одиночества и испытаний художник, наконец, обрёл семью и спокойную жизнь. Именно в этот период он создал некоторые из своих наиболее ярких произведений. П. Фальбов, Л. Айни и старшая дочь Нигор, 1961–1962. Фото из архива семьи П. Фальбова Подсолнухи, горы и студентки: о чем рассказывали его картины В первой половине 1960-х годов творчество Фальбова достигло нового расцвета. Его картины становились ярче, а композиции — смелее. Одним из таких произведений стали «Гладиолусы» (1965), в которых цветы превращаются в выразительное сочетание чистых, насыщенных красок. П. Фальбов "Гладиолусы", 1965 г. Холст, масло 74 х 99 см Особое место в наследии художника занимает картина «В школу. Каратегин» (1959). В ней Фальбов обратился к воспоминаниям о Таджикистане 1930-х годов, передав свои впечатления от жизни и быта местных жителей. П. Фальбов "В школу. Каратегин", 1959 г. Холст, масло 145 х 105 см Не менее интересна картина «Студентки» (1964). На первый взгляд перед зрителем обычная учебная сцена: преподаватель и студентки в белых халатах. Но в центре композиции находится череп, к которому обращены взгляды и жесты будущих врачей. Эта деталь меняет восприятие картины. Она напоминает о хрупкости человеческой жизни и превращает повседневную сцену в размышление о жизни и смерти. П. Фальбов "Студентки", 1964 г. Холст, масло 118 х 130 см Одной из самых выразительных работ Фальбова стала картина «Июль» (1965). По описанию, её появлению предшествовала прогулка художника по окрестностям Душанбе. Однажды летом он поднялся на холм и увидел целое поле подсолнухов, сиявших под ярким солнцем. Это впечатление легло в основу картины. На полотне крупные жёлтые соцветия заполняют почти всё пространство, создавая ощущение тепла, света и движения. В сочетании золотистых и голубых оттенков можно увидеть и отсылку к древним культурным традициям региона, в том числе к зороастрийскому почитанию солнца и огня. П. Фальбов "Июль", 1965 г. Холст, масло 115 х 90 см Единственная прижизненная выставка Летом 1966 года в Душанбе состоялась единственная прижизненная персональная выставка Порфирия Фальбова. Для неё художник отобрал 17 полотен, созданных в последние годы. Он проводил в выставочном зале целые дни, лично встречал посетителей и рассказывал, как работает с цветом. Фальбову было важно не просто показать свои картины, но и объяснить зрителям художественные идеи, над которыми он трудился многие годы. Выставка стала своеобразным итогом его творческого пути. 15 мая 1967 года Порфирий Фальбов умер. Его похоронили на православном кладбище около Свято-Никольского собора в Душанбе. Художнику был 61 год. Порфирий Фальбов (1906–1967). Фото из семейного архива Как семья сохранила наследие художника После смерти Фальбова заботу о его творческом наследии взяли на себя супруга Лутфия Айни и дочери. Они сохранили картины, письма, дневники и рукопись его художественного манифеста «Диалектика цвета». Благодаря семье работы Фальбова пережили десятилетия забвения и позднее были представлены на крупных выставках, в том числе, в Третьяковской галерее и Государственном музее Востока. Его творчество продолжает интересовать исследователей и современных художников. Лутфия Айни (1934-2015), младшая дочь Садриддина Айни, известная ученая, искусствовед и заслуженный деятель искусств Таджикистана. Фото из архива семьи П. Фальбова Один из примеров — проект автора этого текста — «С. Шарифи. Артефакт и Референция», представленный в 2021 году. В нём я обратился к произведениям Фальбова, создав своеобразный художественный диалог между прошлым и настоящим. Особое место в проекте заняли две картины: «Декоративный натюрморт» Фальбова (1962) и «Омлет для художника» С. Шарифи (2021). Как одна картина связала Колыму и солнечный Таджикистан В проекте я предложил необычное прочтение «Декоративного натюрморта» Фальбова. В основе этой интерпретации — три детали, связанные с биографией художника. Первая — глубокий чёрный фон, который можно воспринимать как напоминание о долгих полярных ночах, пережитых Фальбовым в колымских лагерях. Вторая — изображённые на картине плоды. Их формы вызывают ассоциации с деревянными игрушками, образцы которых художник вырезал во время вынужденного проживания на Вятке. Третья — яркие цветовые контуры, напоминающие северное сияние, которое Фальбов мог наблюдать на Колыме. П. Фальбов "Декоративный натюрморт", 1962 г. Холст, масло 100 х 120 см Таким образом, привычный на первый взгляд натюрморт превращается в рассказ о разных периодах жизни художника. Продолжением этой идеи стала моя же картина — «Омлет для художника». Её сюжет основан на воображаемом эпизоде из жизни Фальбова. Художник приезжает в один из районов Таджикистана и останавливается в сельском доме. Утром он заходит в столовую, где хозяйка готовит ему завтрак. Яркий солнечный свет заливает помещение, и на мгновение привычные очертания предметов словно исчезают. В воображении Фальбова обычные продукты превращаются в светящиеся формы, похожие на те, что изображены в его натюрморте. Так автор соединяет две противоположные стороны судьбы Фальбова: мрачные годы заключения и наполненную светом жизнь после возвращения в Таджикистан. С. Шарифи "Омлет для художника", 2021 г. Холст, масло 87,5 х 102,5 см Художник, который не перестал искать свет Судьба Порфирия Фальбова — не только история талантливого живописца, пережившего сталинские репрессии. Это ещё и история человека, который после двадцати лет вынужденного перерыва сумел вернуться к любимому делу и найти собственный художественный язык. Он приехал в Таджикистан молодым выпускником художественного института, помог создать профессиональное объединение художников республики, потерял свободу и почти всё раннее наследие, но вновь обрёл себя именно здесь. Сегодня его картины напоминают о том, насколько важную роль Таджикистан сыграл в жизни мастера. Для Фальбова эта страна стала не просто местом работы и творчества. Она стала его вторым домом — тем самым «источником чистого цвета», к которому он стремился вернуться даже после самых тяжёлых испытаний. При подготовке материала использованы историко-хронологические сведения и материалы семейного архива Порфирия Фальбова.