Сели не отступают: где Таджикистану особенно нужна защита

Для Таджикистана сели — регулярное природное явление, особенно в период сильных дождей. Государство выделяет сотни миллионов сомони на берегоукрепительные и противоселевые работы, однако сели продолжают разрушать дороги, дома, каналы и сельхозугодья. Как сегодня страна защищается от этой угрозы? За январь–июнь 2026 года в стране зарегистрировали 741 чрезвычайную ситуацию природного характера. 123 из них были связаны с селями. Именно сели стали причиной гибели семи из 12 человек, погибших от природных бедствий. Общий экономический ущерб от природных ЧС за полугодие составил 52,8 млн сомони . За этими цифрами стоят конкретные семьи. После майского селя в Кулябе Умеда Халимова рассказывала «Азия-Плюс» , что ее семья около двух часов простояла на высоком заборе под дождем, пока во дворе поднималась вода. Дом оказался в аварийном состоянии, под грязью остались мебель, техника, продукты и вещи. Похожую историю в 2024 году рассказывали жители Варзоба. Жительница Гулбога Джамила Хайитова говорила Радио «Озоди» , что после селя семье удалось спасти только ту одежду, которая была на них. По ее словам, жители ежегодно восстанавливают дома и хозяйство, но новые сели снова наносят ущерб. О масштабах разрушений говорит и пример Хуросона . По словам главы Агентства мелиорации и ирригации Зафарбека Давлатзода, после одного из селевых потоков из канала пришлось удалить около 700 тыс. кубометров наносов. Для сельских районов поврежденный канал — это не только расходы на расчистку. Через такие каналы вода поступает на поля. Где риск особенно высок? Сели могут происходить во многих горных районах страны, но некоторые территории страдают особенно часто. В одном из исследований природных опасностей в Таджикистане были выявлены 573 селевых очага, из которых 194 признаны опасными для объектов инфраструктуры. Сель с Таджикистане. Фото: КЧС Таджикистана В Согдийской области среди наиболее опасных названы долины Могиёндара, Шинга, Фароба и Кштута в Пенджикенте, Фондарьи и Ягноба в Айнинском районе, бассейн Зеравшана, а также Понгаз, Ошоба и Шайдон в Аштском районе. В ГБАО к наиболее подверженным селям отнесены долины Ванча, Язгулема, Бартанга, Гунта и Шахдары. В Хатлонской области — долины Пянджа, Кофарнихона, Яхсу, Таирсу и Кызылсу. Особую угрозу, по данным исследования, сели представляют для населенных пунктов в долинах Бартанга, Гунта, Шохдары и Пянджа. Некоторые села здесь расположены прямо на конусах выноса боковых притоков — там, куда при сильных дождях может выйти селевой поток. Авторы отмечают, что сели могут возникать и там, где раньше их не фиксировали. Основная причина — сильные и продолжительные дожди. По данным исследования, с ними связано около 95% селевых явлений. Среди других причин названы быстрое таяние снега и прорывы ледниковых озер. На составленной авторами исследования карте отмечены 542 прорывоопасных ледниковых озера. Их прорыв может привести к паводкам и селевым потокам. Климатические изменения также учитываются в государственных документах. В Национальной водной стратегии говорится, что за последнее десятилетие средняя температура в Таджикистане выросла на 0,7–1,9°C. Среди уже заметных последствий изменения климата документ называет наводнения и сели. Кто отвечает за защиту? Защита от селей распределена между несколькими структурами. Агентство по гидрометеорологии следит за погодой и предупреждает об опасных явлениях. КЧС отвечает за предупреждение населения, реагирование и ликвидацию последствий. Агентство мелиорации и ирригации занимается каналами, гидротехническими сооружениями и берегоукрепительными работами. В работах участвуют также местные власти. Последствия селя в Таджикабаде. Фото с сайта your.tj В системе Агентства мелиорации действует ГУП «Таджикселезащита». В Среднесрочной государственной программе по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций на 2023–2028 годы предусмотрены оценка технического потенциала предприятия и укрепление его материально-технической базы. Летом 2026 года Зафарбек Давлатзода заявил, что селезащиту необходимо усилить и что Агентство ведет переговоры с зарубежными партнерами о покупке специальной техники. Таджикские исследователи Мустафо Сафаров и Али Фазылов в своей монографии предлагают активнее использовать спутниковые данные и беспилотники для наблюдения за селеопасными территориями, в том числе труднодоступными. В своей работе они отмечают, что современные технологии позволяют быстрее получать данные о состоянии таких территорий. По их словам, «оперативный мониторинг с воздуха способствует своевременному получению информации, необходимой для анализа, сравнения с предыдущими данными, выявления и комплексной оценки риска». На берегоукрепление и защиту от селей — сотни миллионов сомони В Плане действий Национальной водной стратегии на 2025–2027 годы предусмотрено 372,6 млн сомони на программы по берегоукреплению и еще 81,77 млн сомони — на противоселевые и противопаводковые работы. Эти суммы рассчитаны на три года. В самой Национальной водной стратегии указано, что в Таджикистане насчитывается 1386 км берегоукрепительных сооружений и 710 селезащитных сооружений общей протяженностью 503 км. Согласно документу, более 50% этих сооружений были разрушены в результате длительной эксплуатации и воздействия стихийных бедствий. Последствия селя в Таджикистане. Фото: КЧС Таджикистана Работы идут и в регионах. В 2026 году правительство выделило более 60 млн сомони на профилактические и берегоукрепительные работы в уязвимых районах. Больше всего — свыше 56 млн сомони — направили в район Мир Саид Али Хамадони. Там планируется строительство и установка 50 тыс. защитных каменных блоков на наиболее опасных участках. Более 2 млн сомони предусмотрено для села Басир Рушанского района, свыше 1 млн сомони — для местности Гулрез Таджикабадского района. Средства также выделены на укрепление берегов рек Зугванд и Баршор в Ишкашимском районе. Помогают и международные партнеры. Один из крупных проектов реализовал Азиатский банк развития в бассейне Пянджа. В десяти наиболее уязвимых местах там укрепляли берега, восстанавливали русла и реконструировали дамбы. Ранее АБР профинансировал отдельный проект в Хатлонской области стоимостью $22 млн. В его рамках вдоль Пянджа построили и восстановили более 11 км защитных дамб и 18 шпор. Почему проблема не решается? Проблема заключается не только в строительстве новых объектов, но и в состоянии уже существующих сооружений. Берегоукрепительные и селезащитные объекты требуют постоянного обслуживания. Русла необходимо очищать, дамбы — проверять и восстанавливать после сильных паводков и селевых потоков. На необходимость постоянного контроля указывают таджикские исследователи Маджид Гулаёзов и Али Фазылов, изучавшие бассейн Варзоба. “ «Необходимо осуществление непрерывного мониторинга технического состояния этих сооружений, осуществления прогноза и предотвращения чрезвычайных ситуаций, а также безопасности сооружений и населенных пунктов», — отмечают они. Национальная водная стратегия также предусматривает развитие мониторинга, повышение надежности гидротехнических сооружений и регулирование хозяйственной деятельности на территориях, подверженных селям и паводкам.